Старина Оханская

Репрессирован, значит, бесправен

Репрессирован, значит, бесправен

Копия Scan20001

Тридцатого октября повсеместно в России отмечают печальную дату – День памяти жертв политических репрессий.

30 октября 1974 года политзаключенные мордовских и пермских лагерей объявили голодовку в знак протеста против политических репрессий в СССР. С тех пор бывшие узники советских тюрем ежегодно отмечали тридцатого октября как День политзаключенного. В 1991 году дата была признана официально. Тогда же появился закон  «О реабилитации жертв политических репрессий», который стал актом восстановления справедливости по отношению к миллионам безвинно пострадавших.

По данным Генпрокуратуры, всего за время действия этого закона пересмотрено 636 302 уголовных дела в отношении 901 127 человек, из которых 637 614 реабилитированы.

Днём печали и скорби является этот день для тех, кто прошел через лагеря и ссылки, издевательства и боль, смог выжить, а так же для родственников безвинно погибших дедов и отцов.

Сталинские репрессии — политические репрессии со стороны государства в период правления И.В.Сталина, проходили в 20-50-х годах двадцатого столетия.

Миллионы людей в Советском союзе были казнены, лишены свободы, сосланы за политические или контрреволюционные преступления.

Наиболее массовые репрессии, которые называют «Большим террором», проводились в 1937-1938 годах. Особенностью сталинских репрессий является то, что они нарушали существующие законы, в том числе основной закон страны – Конституцию.

На пленуме ЦКВКП(б) в июле 1928 года Сталин сформулировал основу сталинских репрессий, связав их с усилением классовой борьбы как меры для завершения строительства социализма. Это подтвердила и историческая наука в конце тридцатых годов, которая служила партийному руководству страны. Историками была составлена достаточная логическая цепь необходимости уничтожения буржуазных классов, она была представлена как жизненная необходимость для защиты социалистического строя.

В годы советской власти по политическим мотивам были уничтожены и посажены в тюрьмы миллионы человек. Пик репрессий пришелся на конец тридцатых годов прошлого столетия.

Не стал исключением и наш Оханский район.

Наталья Николаевна Вяткина — жертва репрессий – родилась в 1948 году в Якутии, где отбывал свой лагерный срок ее репрессированный отец Николай Иванович Вяткин – уроженец Оханского района. Вся его «вина» была в том, что попав в окружение в кровопролитном бою, раненый, не смог застрелиться, как того требовал приказ Верховного главнокомандующего И.В.Сталина. Николай Иванович попал в плен к фашистам, после освобождения из плена, его, как и тысячу военнопленных, объявили «врагом народа» и «изменником». Его осудили и отправили в сталинские лагеря погибать дальше.

Его жена – Евдокия Петровна поехала за мужем в Сибирь, где у них родились сын Николай и дочь Наталья. Жили в невыносимых условиях и только после смерти Сталина последовала амнистия и репрессированная семья Вяткиных вернулась в Оханск.

Родители Натальи Николаевны были людьми работящими и хорошими. Их до сих пор помнят старожилы города.

Надежда Алексеевна Михайлова

Надежда Алексеевна Михайлова – учитель, родилась после войны, но она так же жертва, потому, что были репрессированы ее родители. В 30-е года богатых ссылали, а из  богатства у молодой семьи Михайловых одна корова, которую получила невеста от матери в наследство. Родители мамы были зажиточными, так как трудились с утра до вечера в своем хозяйстве.

Из Курганской области отправили Михайловых в Кизеловские шахты рубить уголек. Муж работал в забое, а жена таскала вагонетки. И так девять лет. Старшая дочь умерла, но следом родились еще двое.

Тогда правило было одно – репрессирован, значит бесправен. Даже на фронт таких не брали. Притесняли так же и детей. Не то, что в институт, в школу даже брали не всех. Сестра Надежды Алексеевны начала учиться в десять лет.

Семья переехала на поселение в Свердловскую область, где и родилась Надежда Алексеевна. И мужчины и женщины трудились на лесоповале, на работу ходили за семь – восемь километров. Надежда Алексеевна говорит: «Мне повезло, что я с детства общалась с людьми, в которых, не смотря на их бесправное положение, сохранилось человеческое достоинство. В них не было озлобленности. Я добрым словом вспоминаю наш поселок, где жили дружно, как одна семья, выручали друг друга и помогали в трудную минуту. От родителей мы никогда грубого слова не слышали, как бы тяжело им не было. От них мы научились молчать, даже когда гнев просится наружу.

Нина Петровна Силина

Нина Петровна Соснина – учительница, ее осудили, когда ей было четыре года.

Ее дед – Соснин Степан Ананьевич жил в деревне Притыка Оханского района. Отец – Петр Степанович женился на сироте из бедной семьи из деревни Тюпики.

Дед был очень трудолюбивый: до обеда одну лошадь загонял в мыло, после обеда – вторую. Он сам собрал молотилку, в кузне сам делал бороны, плуги, вилы, лопаты, грабли. После продажи огурцов на Оханской ярмарке купил американскую жнейку со сноповязалкой. Торговали в собственной лавке. Сеяли и обрабатывали лен, ткали полотно, шили одежду и полотенца, вышивали. Все хозяйство вели сами – батраков не нанимали. Семья Сосниных – честные и работящие люди. Сами плели лапти и ходили в них. Ботинки надевали только по праздникам в церковь.

Семью раскулачили в 1930 году. Вначале арестовали дедушку. Затем дали семье полчаса на сборы и повезли на их же лошадях в никуда.

Ехали две недели. В обозе было несколько семей. Грудные дети замерзали и их выбрасывали прямо в сугроб. Остановиться, чтобы похоронить было нельзя.

Старшие братья – Ваня с Павликом – бегали по деревням, мимо которых проезжали, и просили милостыню. Этим и кормились. Трое младших из шести сильно простыли. Остановились в деревне Федорцово Красновишерского района. Жили очень трудно. Отцов отправили на лесоповал, откуда они приходили раз в месяц помыться, приносили маленькую зарплату.

Здесь родился младший брат Анатолий. У мамы от голода не было молока, малыш плакал день и ночь. Папа получал одну буханку хлеба в день – отдавал в семью на восемь человек. Постоянно голодали, ели всё – ягоды, грибы, пестики, полевой хвощ, из сушенных листьев липы пекли лепешки. Даже опилки ели.

Народ на поселении был разный, но никто и никогда не ссорился – у всех была одна беда.

В 1937 году зимой рано-рано утром в деревню приехало десять машин, забрали всех мужчин. Папу не забрали, так как он был на работе. Всех расстреляли.

Постоянно всего боялись – пропустить уроки – вставали затемно, чтобы не опоздать – идти нужно было 25 км; боялись волков,  боялись сказать что-то лишнее.

В 1941 году получила паспорт, где было написано, что осуждена по 58 статье. Хотя, когда семью раскулачивали, мне было всего 4 года. Вспоминаю годы ссылки как самые страшные в своей жизни: постоянно голодали, много работали. В 1942 году поступила в Чердынское педагогическое училище. Домой ходила раз в месяц пешком пятьдесят километров.

Нина Петровна ветеран педагогического труда. О себе говорит: «Всем своим детям я дала «кулацкое» воспитание. Учила трудиться и жить честно. Старший сын подполковник МВД, второй – инженер, дочь – экономист.

Александра Ивановна Котик

Александра Ивановна Котик – жительница Оханска. Когда семья была репрессирована, ей было 10 лет, самая старшая из шестерых детей. Чтобы выжить, приходилось собирать колоски на полях. За это и посадили отца и мать, за то, что они спасали семью от голодной смерти.

Репрессии – карательная мера, наказание, обычно применяемое государством.

Реабилитация – восстановление в правах, восстановление доброго утраченного имени, отмена необоснованного обвинения невиновных лиц из-за отсутствия состава преступления.

Судебные ошибки существовали во многих странах и во все времена. Но такого размаха, как во времена Сталинских репрессий ошибок не было никогда и нигде.

 

 

Оставить комментарий